Select Page

«Революция, ты научила нас

Верить в несправедливость добра.

Сколько миров мы сжигаем в час

Во имя твоего святого костра?»

(Юрий Шевчук, группа «ДДТ»)

7 ноября 2017 года «стукнуло» 100 лет ВОСР. Великой октябрьской социалистической революции. Или октябрьскому перевороту. Или… Каждый может подобрать правильные, с его точки зрения, слова, для определения этого события.

Просто нас раньше учили, что «революция» – это слово, несущее позитивную смысловую коннотацию, а переворот, напротив – плохой термин. Типа, если к власти пришли хорошие парни – сие было революцией, а если плохие – то имел место быть переворот. Это как в случае с парой разведчик/шпион: первый – это наш, а второй – вражина, хотя функцию выполняют, в сущности, одинаковую.

Но, исходя из самого понятия (лат. revolutio – поворот, превращение, обращение – радикальное, коренное, глубокое, качественное изменение, скачок в развитии общества, природы или познания), революцией может называться только та смена власти, которая привела к радикальным изменениям в социально-экономических устоях, казавшихся доселе незыблемыми. А вот если в ходе пертурбаций на властном олимпе только меняются лица (а иногда – и рожи), сидящие возле бюджетного корыта, то на революцию данный процесс никак не тянет.

По моему глубокому (и укоренившемуся после 2-х украинских революций) мнению, само по себе слово «революция» не может быть облечено исключительно в позитивные «одежды». Поскольку эти «локомотивы истории» (так назвал революции Карл Маркс в своей работе «Борьба классов во Франции 1848 – 1850») перемалывают миллионы человеческих судеб под своими стальными колесами. Потому что идеалисты, фанатики и авантюристы, неизменно выходящие на историческую арену во времена быстрых (т.е. революционных) перемен, при внедрении своих социальных экспериментов мало думают о конкретных людях, помыслы строителей нового мира всегда заняты масштабами целых стран, континентов, рас, классов…

И пусть в меня бросают красные помидоры (хотя лучше – зеленые доллары )), но большевистский переворот в 1917 году на самом деле был революцией. Ведь коренным образом сломал сложившуюся систему и положил начало процессам, которые сказываются едва ли не на всем человечестве и по сегодняшний день. Даже нацисты были революционерами, хотя и пришли к власти в Германии законным путем, но потом радикально подмяли под себя всю госмашину и насаждали в Европе так называемый «новый порядок». Миллионы трупов на кровавом «счету» и у национал-социалистов, и у «интернационал-коммунистов», но ведь они же меняли все быстро и масштабно. Значит – революционеры.

Сколько «накосили» Великая французская революция, «Культурная» революция в Китае и многие другие «локомотивы истории», историки когда-нибудь посчитают более-менее точно…

Подытоживая, хочу высказать свои выстраданные выводы:

  1. По сути, Оранжевая революция в Украине не была таковой. И не только потому, что бодро революционизировавший со сцены Майдана в 2004-м Виктор Ющенко уже в 2006-м утвердил на должности премьер-министра Виктора Януковича. Но и потому, что… см. выше о лицах и корыте.
  2. Через 10 лет в Украине грянула революция – со всеми ее «атрибутами» – кровью, смертями, попытками внешней интервенции… Правда, из радикальных изменений в государстве она принесла пока только потерю Крыма. И безвиз. Но в жизни общества – повышение гражданского самосознания.
  3. Для большинства людей (НЕ идеалистов, фанатиков и авантюристов) революция – явление нехарактерное, болезненное, опасное, несущее страдания и разрушения, зачастую попирающее права человека. Посему нужно делать все возможное и невозможное, чтобы группы людей, страны, союзы государств, человечество развивались эволюционным путем. И чтобы до революций дело не доходило.

И да: я – не революционер, а эволюционер.

* В СССР популярным был сериал, называвшийся «Рожденная революцией». Имелась в виду советская милиция. Мой заголовок подразумевает, что революция убивает эволюцию. А также убивает и калечит многих людей.

Юрий Чумак